• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
00:29 

Страшные сны

Так уж повелось, сложилось так, что если дом рисовать или любое другое жилье - непременно сунуть туда кого-нибудь, какого-нибудь ручки-ножки-огуречик, потому что жилье - это когда в нем живут, а так - просто строение невнятное, подумаешь, крашеная дверь, герань на окнах и занавесочки.
Машину собирать из конструктора или там паровоз - и то машиниста посадишь, такой знак - раз есть человек, значит, оно не просто так, значит - оно работает. Домашняя магия, самые азы, книга первая, глава третья, тринадцатая строчка сверху.
А уж если делаешь Настоящий Кукольный Дом - как не поселить туда эдакую цацу, ну не цацу, ну что попроще, берем кусок воска, лепим наскоро, вот ручки, вот ножки, вот глаза из двух сверкающих бисерин, вот прядь волос собственных - на макушку, ого, какие длинные получились, аж до пят, ну чем не красавец? Теперь в тряпку какую-нибудь завернуть - и живи, моя радость, живи-поживай, добра наживай, смотри, какой дом - картонный, в два этажа, с узкими стрельчатыми окнами, с картинами на стенах - все цветные карандаши на них извел, тут тебе и дамы с единорогами, и львы с драконами, книжные полки, камин, - правда, нарисованный, но ведь и ты вроде бы не из плоти и крови, а совсем без камина, сам знаешь - никак.
Какая магия, о чем вы, обычная тоска. Попробуйте-ка из года в год сначала по друзьям-знакомым, потом по съемным комнатам, ну-ка, ну-ка, кто смелый и сильный, кто умеет таскать книги и воевать с клопами? Навоюешься, натаскаешься, взвоешь волком в полнолуние - да и сядешь рисовать, резать и клеить. Вот лестница, крыльцо, дверь и окна, в окнах - свет, что еще надо для счастья.
Долго он у меня стоял, мой Кукольный Дом с Восковой Куколкой. Я и не заглядывал туда, живет и живет, может же быть у человека личная жизнь, что ж я полезу через крышу, как волк к поросятам. Бывало, окна светились в неурочный час - тихонько и неровно, словно кто-то топил крохотный камин, бывало - музыка слышалась. А, может, мне это снилось все. Мне часто всякое интересное снится, да так близко к яви, что несколько раз за сон внутри него проснешься и думаешь - ну все, реальность, вот она, приехали. А потом снова просыпаешься, и снова, и снова, а потом уже окончательно, и знаешь это по холодному липкому поту, по запаху собственного страха, по вздохам кошек в ногах.
И однажды вскочил я так среди ночи, привычно уже вскочил, без крика, научился за много лет, сижу, озираюсь, передыхаю, слушаю, как сердце в ребра кулаком с размаху - шарах, шарах! - взбесилось, словно не родное. И звон в ушах. Тоненько так, со всхлипами. Я головой помотал, выдохнул как следует - нет, не проходит, только вправо сместился. Я голову поворачиваю и уже понимаю, что сплю, потому что не бывает, но уж как-то слишком наяву сплю, ладно, после разберемся, потому что ведь опять свет в одном из кукольных окон, только в кромешной тьме и разглядишь его, тоньше гнилушки свет, - и всхлипы. Я из-под одеяла вылез, подобрался к Дому, ватными пальцами крышку приподнял - сидит у нарисованного камина мой куколка-вуду, плачет и трясется мелко. Я лампу зажег, на руки его взял, как маленького, смотрю - а он в каких-то синяках, порезах и ожогах весь, и прядь моих волос, которую я ему на макушку налепил - белая-белая.

a-str.livejournal.com/173654.html?thread=367803...

01:54 

Хомячья сказка

03:04 

Легенды южного городка

Построили в одном южном городке фонтан. Отдыхающих хватало, городок процветал, поэтому фонтан сделали не простой, а со статуями. Но.
Я уж не знаю, о чём думал архитектор, но присобачил он в этот фонтан двух каменных мужиков. Атланты не атланты, чёрт его знает. Два здоровенных мраморных жлоба. Нафига, спрашивается?
Ни для кого, я думаю, не секрет, что по ночам все статуи на какое-то время могут оживать и уходить со своего места. Так вот, утром этих мужиков в фонтане никогда не было.
Их находили в самых различных районах городка. То в парке, возле девушки с веслом. То на пляже, возле бронзовой статуэтки купальщицы. Даже на площади находили, возле, извините, бюста императрицы Екатерины.
Никакого сладу с ними не было. Мэр городка их самолично стыдил. А они что? Морды каменные скорчат: дескать, а мы не слышим!
И тогда мэр умную вещь сделал. Вызвал городского скульптора и велел для фонтана третьего мужика изваять.
А рядом с фонтаном ларёк поставил. Круглосуточный.
И с тех пор каменные трое мужиков со своего места – ни ногой! Как приклеенные, сидели. Ну, правда, пустые бутылки в фонтане плавали. И морды у статуй были опухшие.
Да кто ж к ним, к статуям, особо-то приглядываться будет!

UPD. Прекрасное продолжение от nadya_genke

...А тем временем девушка с веслом не искала себе каменного мужика. Она просто не верила, что такое может быть: кто-то ее, страхолюдину, вдруг полюбит. Ну, поначалу-то, пока была молодая, ждала себе принца. А кто его не ждет? Ждала-ждала, глядь - уже и постамент под ней крошится, и гипс на гладком лице трещинками пошел. И скрутила тогда белую статую черная тоска. Однажды ночью, ломая арматуру, она сошла со своего пьедестала. Положила на плечо весло, исписанное неприличными словами, и пошла по городу.
Сначала шла, куда глаза глядят, благо какой-то шутник в позапрошлом году подрисовал ей зрачки окурком. Дойдя до площади с фонтаном, девушка услышала: "...Четыpе в гоpy запиши!". "И на меня шесть вистов." "А пpоpезать надо было бyбной все-таки!". Три каменные спины сгорбились вокруг лепной черепахи. В воздухе ощутимо пахло пивом и сырой известкой. Статуя поморщилась, но, будто невзначай, нарезала три круга по площади. Ухажеры, когда-то соперничавшие из-за нее, теперь даже не повернулись.
Пнув с досады чугунную урну (ой! мизинец откололся!), рассерженная дева двинулась дальше по городу. Теперь она знала, куда идет. Все грехи мира девушка с веслом возложила, как погребальный венок, на плечи одного человека - скульптора, который изваял ее именно такой. Где живет этот преступник, знали даже городские голуби...

darkmeister.livejournal.com/89305.html#cutid1

03:03 

Сказки от Сумеречного Макса

02:43 

День таинственного незнакомца

Я шел по ночной улице, подобно статуе Командора, впечатывая каблуки в агонизирующий асфальт, всё ещё хранящий память о дневной жаре.
Отбившиеся от стада одинокие машины изредка с рёвом вспарывали тягучий воздух, полосуя лучами фар неосторожные стены домов.
Фонари, как сговорившись, взяли отпуск через одного.
Ночь давила на сердце.
Тени вяло пытались играть в догонялочки, но на полпути уставали и ползли обратно.
На расстоянии трёх минут впереди зашевелилось вытянутое в длину пятно. У основания его стояла человекоподобная фигура.
«Что ищешь ты в ночи, таинственный незнакомец? – думал я. – Выгнала ли тебя на улицу душная тяжесть кирпичных стен? Или ощутил ты зов пустыни, и горячий ветер толкает тебя в спину, заставляя карабкаться через барханы, падая на песок и поднимаясь; и цель твоя – найти древний город, где каждый вырезанный на камне узор несёт в себе слово древней мудрости? Или ищешь ты спутника, подобного себе, чтобы, зайдя в маленький кабачок, в прокуренном свете грошовых светильников развернуть перед ним карту, где манящей целью обведено красным карандашом белое пятно неизвестного Эльдорадо, терра инкогнита? Человек ли ты? Любят демоны ночь, и кто знает, не блеснёт ли под невнятным одеянием твоим чёрная чешуя, а в алых зрачках твоих заплещется ярость и голод? Или ты сгусток дыхания города, возникающий каждый день из обронённых на мостовую шагов, мусора, мыслей и мусора мыслей? Тайна ли бытия окутывает тебя или всего лишь на миг создал бессвязный лепет мироздания твои контуры? Что предвещает твоё появление здесь?»
И материализовалась в свете фонаря небритая и беззубая рожа.
- Извини, командир, - просипела она. – Бога ради, дай пять рублей на пиво…
И стал таинственный незнакомец прост и ясен как облысевшее полено, и осыпалась с него таинственность, как штукатурка со стены от лёгкого дружественного пинка.
- Эх, ты, - сказал я бомжу. – Какой текст изгадил!

UPD. Варианты концовок для романтичных натур:

От rualev
Он на секунду задержал свой взгляд на моих карманах и, даже не удосужившись посмотреть мне в глаза, разочарованно вздохнул, развернулся, и устало побрёл в ночную тень. Оттуда сверкнуло два безумных глаза: его ждал тощий и такой же томимый многодневной жаждой верблюд, навьюченный, старинными картами всяческих терра-инкогнит. "Пошли дальше, Барни," - тихо сказал незнакомец. "Кто это был? Опять не он?" - фыркнул верблюд. "Не знаю - но, явно, не человек. Не прошёл проверку..."

От tozhe_kot
Он взял пятерку и медленно растаял в воздухе…

UPD 2. Варианты концовок продолжаются:

От istiana
.. Бомж недоумённо посмотрел на человека "..человека-ли ?" мелькнуло у него в мозгах у которого он так опрометчиво попросил пятёрку. И вдруг, как будто в ответ на его мысли, это странное ".. скажем создание" протянуло ему в когтистой лапе пять рублей. От страха глаза бомжа вылезли на лоб и не смея даже пискнуть он схватил пятёрку ".. ну не пропадать-же ей даром !" и дал стрекача .. а за ним вслед послышался мой громкий каркающий смех и только сидевший невдалеке воробей (разбуженный моим смехом) мог заметить, как я выпускаю из руки, спрятанной в рукав, пластиковую лапу ..

От karwell
- А ты что хотел, - прошелестел каштан. - Чтоб он так сразу распознал в простом бомже Неведомого Посланника? Да сейчас, как же!
- Но он же почти смог, - потрясенно уронил клен. - Он же почти приблизился!..
Каштан сплюнул зеленым колючим окатышем на пыльный газон.
- Что же, что приблизился? Это у них у всех так. Жаль тебя расстраивать, малыш, но люди - они такие. Стоит им немного глаза отвести - и сдаются, опять за свое, так им проще. Так что проспорил. Подвигай корни, нечего теперь.
Клен со вздохом убрал корешки из трещинки и подождал, пока каштан осушит крохотную лужицу.

darkmeister.livejournal.com/92939.html

02:34 

Типажи сказок от Лукьяненко

1. "НАРОДНАЯ"

...Долго сказка сказывается, да быстро только кошки родятся. Проехал богатырь темный лес, поднялся на высокую гору да и спустился к глубокому оврагу. Надел сапоги оловянные, шелом стеклянный, рубаху из асбест-камня. В руку взял меч деревянный. И говорит громким голосом:
- То не обвал гремит, не буря воет! То я, богатырь Иван Рабинович (все имена разнятся в зависимости от народности данной сказки) с храброй дружиной нанятой за разумные деньги, приехал с тобой биться, Змей Поганыч! Отдавай мне Василису Забавишну, Айгуль Черноглазку и принцессу Веспу! Выходи на честный бой!
Только не слыхал богатырь, как братья его названные переглянулись, да и подкрались сзади с пиками да саблями...

2. "ЛЕСНАЯ"

В зеленом лесу, на маленькой полянке, жили барсучонок Пыхалка, бельчонок Чубчик и мышонок Пик-Пик. Как-то раз (в этих сказках очень важную роль играет "как-то раз";) они вдоволь набегались по полянке, съели по три землянички и улеглись отдыхать. Солнышко сияло над лесом, стрекозы собирали нектар с дубов (автор вправе никогда не выезжать за МКАД и иметь о природе слабые предстваления) было очень хорошо.
И вдруг (тоже очень важное слово) над полянкой закружила сорока Болтушка.
- Беда! Беда! - закричала она. - Волк поймал лягушонка Бултыха! Что же будет с лягушонком?
Друзья вскочили...

3. "ГАРРИПОТТЕРНАЯ"

- А это значит, Маша, - сказал бородач с улыбкой, - что ты получила приглашение на учебу в профессионально-техническое училище Чародейско-Магического образования, сокращенно - ПТУ ЧМО!
Маша с удивлением увидела, как буквы на открытке заплясали и запели тоненькими голосками:
- Сделать ты хотел утюг?
Получился слоник вдруг?
С крыльями, как у пчелы,
С зубьями как у пилы?
Приходи к нам в ПэТэУ
Там узнаешь что к чему!
Факультетов целых пять,
Будет, где поколдовать!
- Меня зовут Матвей Дормидонтович, - сказал бородач. - Я - директор ПТУ. У нас есть пять факультетов (побьем Роулинг масштабом!), обучение длится восемь лет (и количеством книжек!). Надеюсь, что ты попадешь на нужный факультет, Машенька... А вот и твои будущие верные друзья, - Матвей Дормидонтович вытолкнул вперед маленького очкастого мальчика и смуглую девочку со смешными косичками (только не надо объяснять, чем они смешны. Чем-то!) - Это Ваня Велесов и Нино Чеготошвили. Но помни, Маша! Ты никогда не должна вспоминать ТО, О ЧЕМ И ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЕШЬ!

4. "ГАНСХРИСТИАНОВСКАЯ".

На столе ученика третьего "Б" класса Вовы Ватрушкина жили самые разные вещи. Каждое утро, когда он уходил в школу, они просыпались, потягивались и начинали разговаривать.
- Какая же я грязная, - вздыхала компьютерная мышка. - А все потому, что Вова хватает меня руками липкими от варенья!
- Зато он тебя любит, каждый день гладит, - грустно ответил недоделанный скворечник. - А я... а я с весны тут лежу. Уже и скворчата вывелись, и воробьята...
- Чего тебе жаловаться? - вздохнул недоклеенный самолет "ЯК-42". - Вот я два году жду без одного крыла, с тех пор, как Вова разлил клей.
- А может быть нам перевоспитать Вову? - спросила шахматная доска. Она была самая пыльная, но и самая умная...

5. "СОВРЕМЕННО-БЫТОВАЯ".

Лешка Вертушкин выскочил за дверь и быстренько ее захлопнул, чтобы не услышать, как мама крикнула ему вслед "Лешенька, сходи за хлебом!" Он быстро сбежал вниз с семнадцатого этажа, но только выскочил на улицу, как зазвонил его мобильник. "Мама", - подумал Лешка со вздохом и достал трубку.
- Алло? Мам, я совсем без денежек...
- Леша, - сказал незнакомый суровый голос. - Ты знаешь, что ты сейчас в семьдесят седьмой раз подряд обидел свою маму?
- Как в семьдесят седьмой? - поразился Леша.
- Вот так! С утра. Вначале ты не хотел вставать, потом отказался есть манную кашу, потом дернул за хвост Барсика...
- Ладно, ладно, допустим, - сказал Леша. Он был мальчик рассудительный и не злой, только немножко ленивый и несобраный (это очень важно, потому как каждый ребенок считает себя рассудительным и не злым, только немного ленивым и несобраным). - Я исправлюсь.
- Поздно, Алексей! Дело в том, что есть такой волшебный закон - если мальчик за утро обидит маму семьдесят и семь раз, то его мама попадает в Страну Печальных Родителей. Навсегда!
- Я не хочу! - закричал Леша. - Я исправлюсь!
- Есть один способ, - сказал суровый голос после раздумий. - Только он очень трудный и опасный. Лучше даже и не пытайся!!!

6. "АВТОРСКАЯ КЛАССИЧЕСКАЯ".

Где-то между Страной Фантазией и Островом Нет и Не Будет затерялась маленькая страна Небыляндия. Знают про эту страну немногие, да и те, кто знает, стараются никому о ней не рассказывать.
В эту ночь, когда пятиклассник Рома Звездилкин сладко спал (заметили, как мы небрежно и ловко ввели главного героя?), население Небыляндии было охвачено волнением. Дело в том, что только что стало известно - пропала дочь Короля, прекрасная принцесса Матильда. Все астрологи и колдуны, все звездочеты и звездоболы Небыляндии собрались у дворца, чтобы узнать, куда же делась принцесса. И вот, ровно в полночь, самый мудрый колдун королевства, профессор Кислощей вышел на балкон своей обсерватории (ну а почему бы там ни быть балкону?) и сказал:
- Звезды поведали мне, что спасти принцессу может только один герой. Но он живет в другом мире...

7. "РОМАНТИЧНОКРАПИВИНСКАЯ".

Весело стуча коленками, Стасик съехал вниз по перилам. Шедшая навстречу соседка, тетя Варя, неодобрительно покачала головой. Голова у нее была сальная, нечасаная, шея жирная и в складках, да и сама она походила на ожившее блюдо студня.
- Вот кто у нас подъезд разносит! - сказала тетя Варя. - Полюбуйтесь на него! Мороз минус двадцать, а он в сандаликах и шортах бегает! Куда родители смотрят?
Увернувшись от тети Вари, Стасик поддернул шортики и шмыгнул в дверь подвала. Ну почему взрослые такие глупые? Он зажег огарок свечи и тихонько пошел в дальний конец подвала, где за трубами канализации и старыми матрасами была волшебная Дверь на Земляничные Поляны...

8. "РОМАНТИЧНООСКАРУАЙЛЬДОВСКАЯ".

В ту ночь северный ветер дул так сильно, что даже памятники на площадях ежились под шубами из снега. Маленькая звездочка, которая светила над городом, изо всех сил старалась согреть мальчишку-оборванца, который замерзал под стенами королевского дворца. Но как она ни светила, мальчик все синел и синел...
- О, если бы я только могла (очень важная фраза для данного типа сказок!) помочь ему! - воскликнула звездочка. - Пусть бы я сгорела в один миг, но мое тепло согрело малыша!
Дело в том, что звездочка была не просто звездой. Это была счастливая звезда, под которой родился малыш. И теперь она не могла видеть, как он замерзает от холода (а еще от чего можно замерзнуть? Ладно, неважно...)
И тут послышался голос. То само мироздание отвечало ей:
- Твое желание будет исполнено, маленькая отважная звездочка!
- Погоди, погоди, я же риторически... - прошептала звездочка, но было уже поздно.

-----------------------------------------------------
doctor-livsy.livejournal.com/261310.html#cutid1

22:23 

Развлечения

Однажды Семен Иванович, совершенно неожиданно для себя, обнаружил в своем огороде соседского мальчишку Петьку, самозабвенно поедающего взращиваемую Семеном Ивановичем морковь. Мысль о том, что семья лишается бесценного каротина, вкупе с отсутствием раскаяния на лице у Петьки, так взбесила Семена Ивановича, что Петька незамедлительно стал обладателем:
а) пылающего, выкрученного крепкими пальцами фермера, уха;
б) отхлестанного хворостиной, согласно Уставу Огородников, зада;
в) огромного, как экономическая мощь Китая, чувства обиды.

Такая Большая Обида не могла уместиться в тщедушном теле Петьки и была разделена с любящим родителем – Захаром Николаевичем. Захар Николаевич не смог вынести вида плачущей плоти от плоти своей и вышел потолковать по-соседки с Семеном Ивановичем.

- А не охренели ли Вы, Семен Иванович, чужих детей бить? – вежливо начал он беседу – Я ведь за такие выверты могу и побои Вам нанести. Предположительно, в область лица.

- Разумеется. – не менее галантно подхватил разговор Семен Иванович – Отчего ж не попробовать повредить лицо человеку, который пытается помешать всякому отребью наедать морду у себя в огороде? Это ведь гораздно легче, чем самому попытаться прокормить свое отребье. А насчет побоев – советовал бы Вам не горячиться. Я вполне удовлетворен расправой над Вашим сыном. Избиение Вас тоже приятно, но зачем мне столько удовольствий в один день?
И засмеялся обидно. Захар Николаевич в сердцах пнул ограду из сетки рабицы, разделяющую огороды. Пес Семена Ивановича, совершенно случайно оказавшийся по ту сторону сетки, взвыл от боли и выбежал от греха с огорода.
- Заметьте, я пинал свою сторону забора, на что имею полное право. – захихикал подло Захар Николаевич.
- Чем Вам животное не угодило, а? Да Вы большее животное, чем ударенный Вами пес. Видит бог - я не хотел этого. Вы сами виноваты.. – вздохнул Семен Иванович, достал из кармана револьвер и открыл огонь по Захару Николаевичу.
- Заметьте! – кричал он между выстрелами – Я стреляю по своей стороне забора. На что имею полное право.
Захар Николаевич ойкал и кривился при каждом попадании, но не переставал дразнить Семена Ивановича:
- Мазила Вы! Стреляете Вы так же плохо, как и следите за своей морковью. Которая, ксати, и не уродилась вовсе! Сейчас я Вам это докажу.
Захар Николаевич метнулся в сарай и через мгновение выскочил оттуда с огнеметом.
- Страшнейшая засуха в регионе! Сгорело все! – кричал он выжигая дотла огород, одежду и волосяной покров Семена Ивановича.
- Что ж Вы за хамло такое? – обиделся Семен Иванович – Одежду попортил, прическу опять же... Неадекватный Вы дурак, Захар Николаевич. И из-за этого у Вас сейчас будут проблемы.
Семен Иванович покрутил пальцем над собой. Образовавшийся от кругового вращения пальца смерч прошелся по огороду Захара Николаевича и потоптался на сарае и бане, не оставив от них ничего, кроме приятных воспоминаний.
- Старый, добрый, нечестный прием. – хмыкнул изрядно потрепанный Захар Николаевич - А вот недвижимость сносить не надо было. Недвижимость сносить все умеют. Вот так, например.
Захар Николаевич дунул в сторону дома Семена Ивановича, отчего дом, вместе с фундаментом и погребом, отделился от земли и унесся в изумительно красивое, безоблачное небо.
- Странный Вы какой-то. – опечалился Семен Иванович – Где ж я теперь жить буду, по-вашему? У Вас что ли? У Вас тесно очень.
- Чего эт? – не понял Захар Николаевич – Один из самых просторных домов. У меня в доме, между прочим, просторы необозримые. Метраж огромадный.
- Метраж-то метраж.. – поцокал языком Семен Иванович, отрастил огромную руку и ударил по дому Захара Николаевича – Потолки очень низкие.
- Как, я спрашиваю, можно жить с такими низкими потолками? – поднял он тонкую пластину, в которую превратился дом Захара Николаевича, и бросил в вышеупомянутую пластину в вышеупомянутого Захара Николаевича.
- Все что нажито! – закричал Захар Николаевич, заскочил на пролетающую мимо пластину и, с видом заправского скай-серфера, отлетел на полторы тысячи километров.
- И враг бежит, бежит! – заплясал Семен Иванович, ничуть не смущаясь своей наготы.
- Фигушки! – донеслось издалека громогласное ржание Захара Николаевича – Примите наши подарки! Летят с приветом!
Со оглушительным свистом на участок Семена Ивановича упал метеорит. По всей видимости, метеорит был не самым маленьким, потому что Семен Иванович обнаружил себя на дне километровой воронки под толстым слоем пепла.
- Апчхи! – чихнул Семен Иванович, отчего пепел поднялся, закрыл солнце и сотворил ночь по области.
- Что Вы наделали, безумец! – закричал он в кромешной тьме – Тут же были люди! Они в чем виноваты?
- Помилуйте, Семен Иванович! – засмеялся Захар Николаевич – Вокруг меня по-прежнему люди. Это у Вас там стемнело неожиданно.
- Ну... Люди повсюду одинаковы смертны! Что у нас по области, что у Вас... где Вы там находитесь? – решил схитрить Семен Иванович.
- Да, да, да. Так я вам и сказал! – не переставал смеяться Захар Николаевич – Вы подурней себя кого-нибудь найдите.
- А, впрочем, какая разница-то где Вы? – обозлился Семен Иванович и обрушил с огромной силой Луну на Землю.
Рвануло так, что Захар Николаевич лишился слуха на минут пять. Он озабоченно хлопал себя ладонями по щекам, пытаясь вылететь из огромного облака пыли и осколков планеты и спутника ее. Через минут пять, однако слух вернулся и он смог услышать:
- .... и не надо там молчать так таинственно! Я ведь знаю что ничего с Вами не произошло! Ну что? Как вы там? Понаслаждались обществом окружающих? Хахаха.
- Рано веселимся , Семен Иванович! – закричал Захар Николаевич – Веселье только начинается!
Он смастерил из останков планеты громадную комету и швырнул ее на голос Семена Ивановича. Промахнулся, разумеется. Верней, не совсем промахнулся – комета пронеслась мимо Семена Ивановича и врезалась в Солнце. Светило не вынесло такого к себе обращения и превратилось в сверхновую.
- Красиво как. – восхитился Семен Иванович, отлетевший на безопасное расстояние.
- И не говорите. – поддержал оказавшийся неподалеку Захар Николаевич – Неописуемо красиво. Ради такого зрелища – ничего не жалко.
- Неплохо повеселились. Неординарно так. – миролюбиво сказал Семен Иванович, пытаясь закурить в безвоздушном пространстве.
- Ага. Может до вон той туманности метнемся наперегонки? – предложил Захар Николаевич – Разомнемся малость, полетаем...
- В Вас никогда не умрет мальчишество! – засмеялся Семен Иванович – Всадник Апокалипсиса вроде, а в душе – пацан пацаном.
- Я не повзрослею никогда! – кивнул Захар Николаевич – Не старею душой! И вам того же советую!
- Ладно. Поигрались и хватит. – сплюнул Семен Иванович бычком в направлении Альфа-Центавра – Давай назад отматывать.
- Давай. – пожал плечами Захар Николаевич – Хорошо повеселились – пора и честь знать....

.....такая Большая Обида не могла уместиться в тщедушном теле Петьки и была разделена с любящим родителем – Захаром Николаевичем.
- А нечего по чужим огородам шастать! - выдал Захар Николаевич Петьке образцово-показательный подзатыльник – В своем огороде тебе морковки не хватает? Уйди с глаз моих.
И вышел в огород. Покурить с Семеном Ивановичем. Или анекдотов потравить.
frumich.livejournal.com/216022.html#cutid1

05:24 

сказка о человеческой жалости

...а все мои терзания, сомнения и расспросы, вся моя суета - это пыль, которую я сама себе напустила в глаза. Читатель, будь мне судьей, скажи, так ли это? И было ли это так, до того, как бог изменил мое прошлое? А еще скажи - если боги в силах изменить прошлое, почему они не меняют его хотя бы иногда из жалости к нам?
К. С. Льюис, Till we have faces

Сидел в пустом и холодном доме человек. На полу сидел или на стуле, это все равно, в доме тянул сквозняк, в доме пахло сыростью, человек сидел, раскачивался из стороны в сторону и жалел себя, может, три дня подряд жалел, может, больше уже. И то с ним в жизни сталось, и это, и билетов в Крым не досталось, и зарплату задерживают, и баба, баба любимая бросила, а уж о дочке-то и говорить не приходится, дом нетоплен, в плите мыши гнездо свили, словом, Господи, все беды прошли над моей головой, Ты отвернулся от меня, голова моя горит, из глаз льются слезы, гортань залеплена гнусной слизью, обрати на меня внимание, Господи, мне так жаль себя, пожалей меня и Ты, пожалей, перестань снова и снова поджигать дом моей души, говорить со мной так, как только Ты и умеешь говорить - сдвигая причинно-следственные связи, проминая время и пространство, нет, Ты поговори со мной, как сейчас надо мне, ведь мне так жаль себя, вот если бы Ты был на моем месте, просто человек, от которого ушла баба и которому не хочется поста и воздержания, ему очень хочется есть и так себя жаль, так жаль...
И тут вдруг лампочка, на лапше над его головой болтающаяся, разгорелась ярко-ярко, даром что всего сороковка была, сквозняк ударил в дверь, вышиб ее настежь - и переступил порог холодного человечьего дома Сатана во всем блеске славы своей, и стало в доме вдесятеро холоднее.
Затрясся человек, даже жалость к себе забыл, страшно ему стало от этого белого холодного света, а Сатана придвинул себе табурет, сел, кисти длиннопалые с колен свесил, да и вздыхает так глубоко и с усмешкой. Человече, говорит, ты сейчас встань и иди из этого дома, вот тебе один ключ от машины, которая внизу, а другой от квартиры - натопленной и снедью набитой. И баба твоя там уже тебе ванну готовит и постель греет, ты иди, пожалуйста, потому что сил моих нету уже.
Отыди от меня, Сатана, говорит человек, а у самого губы прыгают, а глаза на ключи смотрят. Отыди, не верю я тебе, знаю я, что ты от меня за все эти благодеяния захочешь, да и где вера тебе, что есть они, эти благодеяния.
Сатана плечами пожимает да выдергивает у человека мобильник из-за пояса, три дня уж как мертвый за неуплату, и начинает тот мобильник вибрировать, а после плакать женским голосом: "Саша, Саша, вернись, пожалуйста, дура я была, Сашенька..." Дрогнула человечья жалость, посторонилась, другие мысли полезли. А все равно нету веры Сатане. Ты, дух нечистый, ты меня кровью расписываться заставишь, ты у меня душу заберешь, ты...
Ах да замолчи ты, пожалуйста, Александр Вадимович, тошно мне от твоего писку. Ничего не захочу ни сейчас, ни потом. Да и не ради тебя я все это делаю, ради себя.
Удивился человек - неужто, говорит, думаешь, что доброе дело зачтется тебе?
Нет, человече, я как существо тварное, тоже, как и ты, иногда нуждаюсь в отдыхе. Спать я хочу очень. Мне надо, чтобы ты наелся, напился и натешился со своей бабой, теплый и согретый, и тогда у меня перестанет рваться сердце, потому что ты глух и слеп, а я нет, и я слышу то, что Он отвечает тебе, и у меня рвется сердце от моей любви к Нему и от Его любви к тебе, гнусному слизняку с опухшей рожей и куцыми мозгами, к тебе, который ничего не может взять от Него, зато многое может взять от меня, а это все равно не умаляет любви Его, дрянь ты возлюбленная. Бери ключи и замолчи наконец, раз уж ты не в силах внять Его речи, бери, дай мне выспаться.
Потому что когда ты сыт и опустошен женщиной, Он не подойдет к тебе по меньшей мере семь дней и будет жалеть тебя уже совсем иначе, и я отдохну от ревности своей и горя своего.
Ты тоже жалеешь себя сейчас, Сатана, не так уж куцы мои мозги, сказал ему человек, усмехаясь.
Берите ключи, Александр Вадимович, не травите мне душу, сказал Сатана с нехорошим взглядом, и человек пожалел Сатану и протянул руку.
a-str.livejournal.com/173654.html?thread=367803...

Однажды меня попросили рассказать сказку

главная